Журнал КОНТРРЕВОЛЮЦИОНЕРА (videoelektronic) wrote,
Журнал КОНТРРЕВОЛЮЦИОНЕРА
videoelektronic

Асад и Сирия держатся, несмотря на адские усилия мировых ублюдков.

Оригинал взят у damadiluma в Интервью Башара Асада шведской газете "Expressen"
Самые опасные террористы - скандинавы (Б.Асад)
Сирийский президент впервые дал интервью шведской газете "Экспрессен". Удивительно, но его опубликовали и даже, похоже, не исказили. Естественно, сразу дали "правильные" поясненияи комментарии (которые я здесь приводить не буду).

По данным шведской контрразведки SAPO более 100 шведских подданных воевали или воюют в рядах ИГ в Сирии и Ираке. Реальные цифры гораздо выше. Сирия в состоянии войны уже 4 года. Миллионы пострадавших, миллионы беженцев. Более 200 тысяч погибших.

- Господин президент, прямо сейчас ИГ и "Ан-Нусра" берут контроль над палестинским лагерем Ярмук. Чуть раньше они оврадели городом Идлиб. Насколько сейчас серьезна ситуация?


- Терроризм - это вообще всегда серьезно, потому что опасно. Всегда, везде и в любой форме, а не только в тех случаях, о которых вы упомянули: это лишь частные проявления терроризма. Это длительный процесс, начавшийся несколько лет назад, еще до кризиса в Сирии. Терроризм опасен потому, что у него нет границ. Удар может быть нанесен где угодно, в любой точке планеты.

В нашем случае ситуация осложняется тем, что чисто военная проблема имеет политическое прикрытие со стороны западных стран и лидеров, хотя многие из них не планировали, что в реальности получится настолько плохо. Террристы используются одной страной в качестве агентов для уничтожения другой страны - это то, что происходит в Сирии. Это очень опасно, но пока обратимо: еще не слишком поздно справиться с ситуацией, которая станет гораздо серьезнее, если террористы завоюют умы и сердца.
- Но они завоевывают все больше территории в Сирии. Сирийская армия ослабла?

- Это нормальное течение войны. Война ослабляет любую армию, как бы сильна и современна она ни была. Война также разрушает все аспекты существования любого общества: экономику, общественное устройство, мораль и собственно армию. Это естественно.
- Но армия слабее, чем раньше? В прошлом году мы видели с вашей стороны только победы. Вы взяли много районов, стали лучше контролировать Аль-Каламун. Но вот сейчас они, например, овладели Идлибом.


- Что значит сильнее, слабее? Как я сказал, любая война бьет по армии в первую очередь. Это естественный ход событий. Но если вы взглянете на картину в целом, за все четыре года войны, то вы увидите, что были взлеты и падения. Иногда ты выигрываешь, иногда - проигрываешь. Это зависит от ряда факторов, лишь некоторые из них находятся внутри страны или армии. Не надо забывать о размере поддержки террористов. В примере с Идлибом решающим фактором стала мощная поддержка со стороны Турции - логистическая и военная, а также финансовая - со стороны Саудовской Аравии и Катара.
- Шведский посланник ООН по Сирии Стефан де Мистура планирует в мае-июне провести консультации между всеми заинтересованными в конфликте странами с целью выработки некоей общей линии. Что вы об этом думаете?


- Я в этом согласен с де Мистурой. Рассматривать события в Сирии как конфликт между внутрисирийскими силами - необъективно и не отражает реальности. Достаточно простую проблему очень осложнило внешнее вмешательство. Если и появляются работоспособные планы по Сирии, то их разрушают внешние игроки. Так было в Алеппо, когда турки заявили, что те террористы, которые им подконтрольны, отказываются сотрудничать с де Мистурой. Поэтому я думаю, он знает, что если он не сумеет убедить эти страны прекратить поддержку террористов и дать сирийцам самим решить свои проблемы, то у него ничего не получится.
- Как вы оцениваете усилия де Мистуры?


- Мы с ним обсуждали План Алеппо, проекты урегулирования в других районах Сирии. Мы нашли способ добиваться прогресса в деле возвращения людей к мирной жизни: правительство амнистирует тех, кто добровольно складывает оружие. На этом принципе базировался План Алеппо, который мы поддерживали с самого начала, и мы продолжаем поддерживать его усилия.
- Швеция - единственная европейская страна, которая выдает постоянный вид на жительство беженцам от сирийской войны. Что вы думаете о такой позиции Швеции?


- Я думаю, что это высоко ценит не только моя страна, но и весь мир. Швеция всегда демонстрирует гуманитарный подход в любых конфликтах, не только в Сирии. Десятки тысяч человек обрели в Швеции безопасность. Это очень правильно - предоставлять людям убежище.

Но если вы спросите беженцев из Сирии, чего они хотят, то услышите, что они не хотят убегать от войны. Они хотят, чтобы война закончилась. В этом их цель, и наша тоже. Давать убежище - это хорошо, но еще лучше - помочь им вернуться на родину. Как? Швеция - влиятельная страна в ЕС и может помочь в деле отмены санкций.

Многие из приехавших в Швецию сирийцев бежали не только от террористов, но и из-за эмбарго, вследствие которого люди не могут обеспечить свои ежедневные потребности. Отмена санкций, которые коснулись каждого сирийца, одновременно лишит Европу возможности прикрывать террористов, назвая их "мирной оппозицией" или "вооруженной оппозицией". Это всем очевидно и многократно доказано: "оппозиция" есть не что иное как "Аль-Нусра", Аль-Каида и "Братья-мусульмане".

Наконец, снятие эмбарго окажет давление на зарубежных спонсоров террористов, которые мешают реализации мирных планов, в том числе предлагаемых де Мистурой. Это, в первую очередь, Саудовская Аравия, Катар и Турция. Я думаю, это было бы лучшей помощью сирийскому народу со стороны Швеции.
- Эмбарго и война, миллионы беженцев. Говорят, это самый крупный кризис со времен Второй мировой. Господин президент, какова Ваша личная ответственность в происходящем?


- Мне кажется, это большое преувеличение - сравнивать события в Сирии со Второй мировой войной, даже с гуманитарной точки зрения. Несравнимы и причины конфликта. Да, миллионы перемещенных лиц в результате террористической деятельности, и это очень тяжело. Но, на самом деле, мы несем основную тяжесть кризиса на себе.

Идет много разговоров о различных международных организациях и так называемых "Друзьях Сирии", которые предоставляют финансирование и поддержку сирийцам, но на самом деле все проблемы лежат на наших плечах. Например, в прошлом году все эти организции и страны предоставили беженцам продовольствия в размере около 22% от их потребностей, остальное дали мы. Один к пяти, большая разница.
- Это внутри Сирии?


- Да, внутренние беженцы. А в секторе здравоохранения соотношение достигает 1 к 18 в нашу пользу. Мы несем ответственность. Мы также продолжаем все выплаты, посылаем детские вакцины, обеспечиваем всем необходимым больницы в тех районах, которые находятся под контролем террористов. В-общем, мы по прежнему руководим страной и несем ответственность.
- По данным шведской службы безопасности, SAPO, возвращающиеся джихадисты являются главной внутренней угрозой для Швеции. Вы согласны?


- Я бы не делил терроризм на внутренний или региональный. Как я уже говорил, это глобальное явление. Так что если вы считаете Швецию частью Европы, или скандинавской группы стран ЕС, вы должны иметь в виду, что самык опасные лидеры ИГ в нашем регионе - скандинавы.
- Это факт?


- Да, это факт. Это та информация, которой мы располагаем. И вы не можете разделять эти страны и конкретно Швецию - и Европу. Пока терроризм укрепляется в европейских странах, Швеция не находится в безопасности. Пока у границ Европы, в Средиземноморье и Северной Африке, царит хаос и разгул терроризма - Европа не находится в безопасности. Я согласен, что возвращающиеся с войны джихадисты - это первоочередная опасность, но вы не можете говорить, что она носит "внутренний" характер.
- Швеция обращалась к вам за информацией о боевиках ИГ или других джихадистах?


- Нет, между нашими спецслужбами нет контактов.
- Господин президент, в декабре 2010 г. Теймур Абдельваххаб, шведский террорист, прошедший подготовку в Ираке и Сирии, подорвал себя в Стокгольме. Недавно похожие теракты имели место в Париже -- "Шарли Эбдо" -- и Копенгагене. Как думаете, Запад в будущем ждет тот же сценарий, что и Сирию?


- Все это уже есть в Европе, я имею в виду терроризм, и мы об этом предупреждали с самого начала кризиса. Я говорил, что Сирия - это рубеж. Если этот рубеж не получится отстоять, террористы пойдут дальше, в том числе - в Европу. Тогда мои слова были расценены как угроза.

Я не угрожал, я описывал, что произойдет. Не нужно быть гением, имея перед глазами предыдущие события в регионе и 50-летний опыт борьбы с терроризмом. Нас не слушали, не слышали предостережений о том, что случится. То что мы видели во Франции, "Шарли Эбдо", террорист-самоубийца в Копенгагене, Лондоне, десять лет назад в Испании... это верхушка айсберга. И это не отдельные, не связанные друг с другом события.

Когда начинаются индивидуальные акции, нужно понимать, что под поверхностью - огромная глыба, невидимая глазу. Пока она там, и пока европейцы так милы со странами типа Саудовской Аравии и Катара, позволяя их деньгам внедрять ваххабитскую идеологию в свое общество, я ожидаю продолжения терактов.
- Как лучше всего бороться с терроризмом?


- Прежде всего, терроризм - это не война. Это проблема сознания, культуры. Соответственно и влиять надо на эту культуру. Бороться надо в идеологическом поле, в том числе в сфере образования. Во-вторых, террористы используют бедных. Необходимо победить бедность. Экономический рост очень важен. В-третьих, надо решать те политические проблемы, которые используются террористами в качестве предлога для борьбы против против власти и лозунга для втягивания в свои ряды детей и молодежи. Например, заявленная цель достижения мира позволяет террористам вербовать новых террористов.
- Мира? Вы имеете в виду мирный процесс?


- Я имею в виду, между арабами и израильтянами. Чтобы добиться здесь урегулирования, надо устранить причины крайнего отчаяния молодежи, которая стремится умереть, чтобы попасть в рай, в лучшую жизнь. Они так думают. Надо победить это отчаяние. А обмен разведывательной информацией - это уже последняя мера. Война - это самозащита от террористов, а не решение проблемы терроризма. Война не позволяет атаковать терроризм, от него можно только защищаться, если террористы пользуются военными методами.
- ИГ обратилось ко всем своим сторонникам в мире с призывом приехать в Сирию и Ирак, чтобы помочь в создании так называемого "халифата". Как вы думаете, какое будущее ждет "Исламское государство"?


- Давайте я начну с Сирии. Я не могу говорить за другие страны нашего региона, а ИГ - это не чисто сирийская проблема. Она затранивает также Ирак, Ливан, Ливию, Египет и другие регионы. Но что касается Сирии, то здесь нет " инкубатора ИГ". И в краткосрочной перспективе у ИГ нет здесь будущего. Но в средне- и долгосрочной перспективе, когда они завоюют умы и сердца, особенно среди молодежи, у всего региона будет одно будущее: Аль-Каида, которая и ИГ, и Ан-Нусра, и Братья-мусульмане. И это прямо рядом с вами, с Европой.
- Очень опасный период...


- Конечно. Вы многому можете противостоять, но нельзя контролировать идеологию. Однажды дав ей укорениться, крайне сложно от нее избавиться.
- ИГ и Ан-Нусра получают помощь извне. Вы упомянули Турцию, Катар, Саудовскую Аравию. Но и вы не без зарубежной поддержки, за вас воюет "Хизбалла". Вы же ее позвали в Сирию?


- Как подданный Швеции, вы вряд ли согласитесь с некоторыми сравнениями. Например, вам в голову не придет сравнивать действия упомянутого ранее Теймура Абдельваххаба и вашего правительства, вне зависимости от того, согласны вы с действиями властей или нет. Или в случае "Шарли Эбдо": вы не сравниваете действия террористов и французского правительства. Ну а мы, сирийцы, не приемлем, когда государство сравнивают с террористическими организациями.

Наша задача - помочь стране, защитить ее жителей. А задача ИГ, Ан-Нусры и "Братьев-мусульман" - убивать и терроризировать людей. Поэтому не надо таких сравнений. Во-вторых, мы - правительство - имеем полномочия просить о помощи у других государств или организаций в борьбе с терроризмом. В-третьих, как я уже говорил, терроризм не является внутренней проблемой одной страны, и поэтому сотудничество разных региональных сил в противодействии террору крайне полезно.

Например, пока прошлым летом не возникло ИГ, мы плотно взаимодействовали с Ираком в военной и разведывательной области. Иракцы прекрасно понимали, что терроризм может выплеснуться за наши границы, в их направлении, и в итоге так и случилось в Мосуле. То же самое относится к Ливану. Руководство "Хизбаллы" осознает, что терроризм в Сирии - это практически терроризм в Ливане, а это хаос. Поэтому такое региональное сотрудничество очень важно для всех нас.
- У Швеции недавно случился дипломатический конфликт с Саудовской Аравией. Что Вы можете сказать об этом кризисе?


- Если мы говорим о двусторонних отношениях, надо начать с того общего, что есть между вашими странами. Какие ценности вы разделяете? В случае со Швецией и Саудовской Аравией, о чем общем мы говорим: демократия, выборы, права человека, права женщин, которые не имеют даже права на водительские права? Или публичное обезглавливание на площадях? Порка плетьми за высказывание своего мнения в твиттере и соцсетях? Такие у вас общие ценности?

Вы постоянно будете сталкиваться с такими вопросами, пока будете продолжать подлизываться (вообще-то можно перевести и как "сосать", но вряд ли интеллигентнейший Асад имел это в виду... - прим.пер.) к саудитам за их деньги, позволяя им продвигать свои первобытные ценности за нефтедоллары. А если тронете их ценности, готовьтесь к вот такой жёсткой реакции.
- Вас она не удивила?


- Абсолютно. Многих удивляло скорее позитивное отношение Швеции к Саудовской Аравии. Мы поражались, когда те же люди в ЕС, которые хвалили саудовцев, начинали ругать Сирию за нехватку демократии. Имея в друзьях средневековую Саудовскую Аравию. "Двойные стандарты"... Честно говоря, мы были удивлены шведской позиции, но это было приятное удивление.
- Вы говорите, что у Сирии и Швеции больше общих ценностей, чем у Швеции и КСА?


- Я не хочу преувеличивать и говорить, что у нас с вами одинаковая политическая система. У нас разные народы, разные условия, но Сирия, как минимум, движется в направлении демократии, у нас парламент существует более 80 лет. Женщины работают в парламенте, имеют право участвовать в выборах еще с начала прошлого века. Нельзя сравнивать Сирию и КСА.

Для Сирии развитие демократии - естественный процесс. Демократия - это не рецепт, который можно выписать, это не только законы и правила. Это длительный процесс, социальный и правовой одновременно. Мы идем по этому пути, а Саудия - нет. Они никогда и не пытались понять смысл слова "демократия", они не принимают этого принципа.
- Вы сказали важную вещь: Сирия движется к большей демократии. Западные страны этого не видели до войны?


- Многие на Западе это понимают, но в начале кризиса поддались действию катарской и саудовской пропаганды и дезынформации. Некоторые все понимали, другие - нет. Их обманули ложные данные, но до кризиса все знали, что мы идем по пути демократии. Проблема Запада в том, что для него демократия - это цель. Но это не цель, это процесс. Цель - благополучие и процветание. Демократия - средство для достижения этой цели, и мы его используем. Это требует времени, естественно.
- До сих пор?


- В ходе кризиса приоритетом для сирийского народа стало выживание, так как мы столкнулись с экзистенциальной угрозой.Люди думают прежде всего о собственной и национальной безопасности. Как вы получите демократию, потеряв жизнь? Нужно обеспечить возможность жить, для этого нам нужна безопасность. Затем можно говорить о демократии. Нельзя делать эти вещи в обратном порядке.
- Каков ваш совет Швеции в ее конфликте с КСА?


- Мы бы хотели, чтобы все страны мира, особенно на Западе, отказались от "двойных стандартов" и придерживались своих ценностей, как Швеция. Мы советуем Швеции защищать свои ценности в интересах шведских граждан. Это в интересах развития страны. Это и в наших интересах, чтобы вы отбросили "двойные стандарты", которые не являются частью ваших ценностей. Это наш единственный совет: придерживайтесь своих ценностей.
- Господин президент, я пишу о сирийской войне уже четыре года. Я встречался с разными людьми и организациями, вовлеченными в конфликт, в том числе с Вашими солдатами. Кто-то из антиправительственных активистов вообще не имеет отношения к исламу. Мне говорили, что они сражаются за свободу. Что бы вы хотели им сказать?


- А мы никогда и не утверждали, что все боевики - исламисты. Мы знаем об этом. Но главную опасность среди террористов представляют ИГ и Ан-Нусра... А свобода - это базовый инстинкт, свойственный каждому человеческому созданию со времен Адама. Это от Бога, и было бы нелогично и нереально идти против законов природы, запрещать свободу.

Но мы должны спросить себя: как насчет свободы убивать? Уничтожать школы и запрещать детям учиться? Уничтожать инфраструктуру, электроснабжение, коммуникации, канализации? Свободы рубить головы и конечности? Ответ очевиден для всех, вне зависимости от культуры. Мы - за свободу, но институциональным путем, на основе закона. Не путем насилия, террора и разрушения государства. Они не имеют ничего общего со свободой.
- Они обвиняют сирийскую армию в таких же преступлениях, в смысле, в убийствах...


- Ну пусть попробуют это доказать. Смотрите: армия сражается уже четыре года. Против многих стран, в том числе больших и богатых. Вы полагаете, это можно делать, одновременно убивая собственное население? Как тогда получить поддержку народа? Невозможно. Нереально.


ПЕРВОИСТОЧНИК
Tags: Сирия
Subscribe

promo videoelektronic march 31, 2020 00:19 29
Buy for 40 tokens
Итак, вчера я описал свой взгляд на медицинско-технические проблемы, вызывающие именно такой характер распространения коронавируса, какой мы все наблюдаем. Версия технократа по поводу т.н. "эпидемии COVID-19" Но это лишь один слой проблемы. Взгляд, так сказать, с одного ракурса.…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments